Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Царь Давид и пять поэтов



Наш друг Ототограф, знаток поэзии и Библии, продолжает создавать для нас подборки из пяти стихотворений разных авторов, посвященных одному библейскому персонажу или сюжету. Мы начали с Ионы, перешли к Моисею и Аврааму, затем - к подборкам про вавилонский плен, про Содом и Гоморру, про Ноев Ковчег и Песнь Песней. Сегодня – черед царя Давида.

АРЬЕ РОТМАН

Давид

Давид учился у птенца 
не ведать певческой натуги. 
Слова бежали на ловца, 
давались в руки без испуга.
Он святость горлиц понимал 
и жертвенность души овечьей, 
копье на хищных поднимал, 
всей злобе мира шел навстречу.
За это пастбища певцов 
в цари поэта повенчали, 
и камень брани Бог отцов 
в его пращу вложил в печали. 

Collapse )

А у вас есть любимые тексты про царя Давида? Делитесь ими в комментариях!

Адам, Ева и пять поэтов





Наш друг Ототограф, знаток поэзии и Библии, продолжает создавать для нас подборки из пяти стихотворений разных авторов, посвященных одному библейскому персонажу или сюжету. Мы начали с Ионы, перешли к Моисею и Аврааму, затем - к подборкам про вавилонский плен, про Содом и Гоморру и про Ноев Ковчег.

Сегодня – черед Адама и Евы, участников самой известной - и одной из самых трагических - историй любви на земле.

БОРИС ХЕРСОНСКИЙ

Все души жили в Адаме

Все наши души жили в Адаме,
вместе, но не слитно, а сами
по себе, непонятны сами себе,
они стояли молча, рядами,

в таком стеснении, что борьбе
негде было возникнуть, и спору
не было места. Все слушали Тору,
ибо Тора в те времена
была – не свитком, не письменами
нет, она примыкала к хору,
вместе с керубами пела она.
среди ангелов, у золотого трона, 
Престола Всевышнего, чья корона –
не сиянье камней дорогих, 
но земля и те, кто ее наполняют,
Вселенная, и кто в ней обитает.
Голос Торы был чище других.

Но умер Адам: честь по заслугам,
и наши души взлетели над лугом,
жужжа, соперничая друг с другом,
словно огромный пчелиный рой.
Кружа над пока еще бездыханной
землей, еще не обетованной,
Сионом, еще не святой горой.

Души, ждущие воплощенья,
грехопадения и прощенья,
первой смерти и жизни второй. 

Collapse )

А у вас есть любимые тексты про Адама и Еву? Делитесь ими в комментариях, пожалуйста.

Read Slow Think Fast



Правда же, вы часто читаете несколько книг параллельно? Правда же, это выходит медленнее - но как-то приятнее, чем читать их по очереди? Семен eshkolot Парижский решил тут устроить целый Фестиваль медленного параллельного чтения, в преддверии которого набрал 5 неочевидных пересечений между главными авторами Фестиваля:

МОИСЕЙ / БУДДА

В 1934 году в жизни Sigmund Freud'а происходят два важных события: он начинает писать книгу "Моисей и монотеизм" и приобретает антикварную статую Будды (на картинке она вместе с принадлежавшим Фрейду изображением Моисея из собрания Музея Фрейда).

Collapse )

Хотите узнать о более содержательных параллелях между этими авторами? Скорее записывайтесь на Фестиваль медленного чтения (читать будем медленно, а думать и записываться надо быстро).

Ну, и все вопросы - сюда.

Ной, голубка и пять поэтов



Наш друг Ототограф, знаток поэзии и Библии, продолжает создавать для нас подборки из пяти стихотворений разных авторов, посвященных одному библейскому персонажу или сюжету. Мы начали с Ионы, потом перешли к Моисею и Аврааму, затем была подборка про вавилонский плен и про Содом и Гоморру. подборка стихотворений про Ноев Ковчег. Кстати, мы с удовольствием добавляем к подборке Ототографа любимые тексты наших читателей, предложенные в комментариях.



МАРК АЗОВ

СТИХИ ВТОРОГО ПОТОПА


«Земля была безвидна и пуста,
Лишь божий дух носился над водою»,
И этот мир, беременный бедою,
Тогда был начат с чистого листа.
Но все прошло, закрыто и забыто.
И час настал - затерян среди вод,
Наш пароход - железное корыто,
Наш мир людей – последний пароход.
И вновь земля «безвидна и пуста»,
Лишь божий дух витает над водою,
И этот мир, беременный бедою,
Вновь будет начат с чистого листа.

Collapse )

А у вас есть любимые тексты про Ноев Ковчег? Делитесь ими в комментах!

СОДОМ И ГОМОРРА



Наш друг Ототограф, знаток поэзии и Библии, продолжает создавать для нас подборки из пяти стихотворений разных авторов, посвященных одному библейскому персонажу или сюжету. Мы начали с Ионы, потом перешли к Моисею и Аврааму, затем была подборка про вавилонский плен. Сегодня – стихи про Содом и Гоморру. Кстати, мы с удовольствием добавляем к подборке Ототографа любимые тексты наших читателей, предложенные в комментариях. Встречайте: Содом и Гоморра.



ЕЛЕНА ИГНАТОВА

Жена Лота


— Ты обернешься...
— Нет.
— Ты обернешься!
— Нет!
— И в городе своем
Увидишь яркий свет,
Почуешь едкий дым —
Пылает отчий дом!
О, горе вам, сады —
Гоморра и Содом!
— Не обернусь! Святым
Дано — соблазн бороть.
По рекам золотым
Несет меня господь!
— По рекам золотым
Несет тебя господь,
А там орет сквозь дым
Обугленная плоть...
— О чем ручьи поют?
— Там пепел и зола!
Над ангелом встают
Два огненных крыла!
— Они виновны.
— Так.
— Они преступны!
— Так!
На грешной наготе
Огня расправлен знак!
Ребенок на бегу —
Багровая звезда...
Ты плачешь?
— Не могу.
Всем поворотом:
— Да!

Collapse )

А у вас есть любимые тексты про Содом и Гоморру? Делитесь ими в комментах!</div>

Чтящий субботу прикинут клёво



Дима нашёл в шкафу платье. Почти пятнадцатилетней давности. Хотел выбросить, он вообще всё выбрасывать любит, после его уборки половины гардероба не досчитаешься. Я говорю: «Оставь, хлопок хороший, я в нём спать буду».

Это сейчас – только спать, а тогда носила и радёхонька была. Мне его из Израиля привезли.

Collapse )

А какую роль заграничные вещи играли в вашей позднесоветской жизни?

Мальчик, нож и пять поэтов



Наш друг Ототограф, знаток поэзии и Библии, продолжает создавать для нас подборки из пяти стихотворений разных авторов, посвященных одному библейскому персонажу или сюжету. Мы начали с Ионы, потом перешли к Моисею— и в обоих случаях с удовольствием добавили к нескольким стихотворениям Ототографа тексты, предложенные нашими комментаторами. Сегодня — очередь Авраама и Исаака, - персонажей, чья история до сих пор кажется нам то подвигом веры, то примером чудовищной родительской жестокости. Встречайте: Исаак, Авраам и пять поэтов.




ИОСИФ БРОДСКИЙ

Исаак и Авраам

«Идем, Исак. Чего ты встал? Идем».
«Сейчас иду». – Ответ средь веток мокрых
ныряет под ночным густым дождем,
как быстрый плот – туда, где гаснет окрик.

По-русски Исаак теряет звук.
Ни тень его, ни дух (стрела в излете)
не ропщут против буквы вместо двух
в пустых устах (в его последней плоти).
Другой здесь нет – пойди ищи-свищи.
И этой также – капли, крошки, малость.
Исак вообще огарок той свечи,
что всеми Исааком прежде звалась.
И звук вернуть возможно – лишь крича:
«Исак! Исак!» – и это справа, слева:
«Исак! Исак!» – и в тот же миг свеча
колеблет ствол, и пламя рвется к небу.

Совсем иное дело – Авраам.
Холмы, кусты, врагов, друзей составить
в одну толпу, кладбища, ветки, храм -
и всех потом к нему воззвать заставить -
ответа им не будет. Будто слух
от мозга заслонился стенкой красной
с тех пор, как он утратил гласный звук
и странно изменился шум согласной.
От сих потерь он, вместо града стрел,
в ответ им шлет молчанье горла, мозга.
Здесь не свеча – здесь целый куст сгорел.
Пук хвороста. К чему здесь ведра воска?

«Идем же, Исаак». – «Сейчас иду».
«Идем быстрей». – Но медлит тот с ответом.
«Чего ты там застрял?» – «Постой». – «Я жду».
(Свеча горит во мраке полным светом).
«Идем. Не отставай». – «Сейчас, бегу».
С востока туч ползет немое войско.
«Чего ты встал?» – «Глаза полны песку».
«Не отставай». – «Нет-нет». – «Иди, не бойся».

Полностью : http://stihipedia.ru/poetry/op/XX/brodskiy/2687/

Collapse )

Если у вас есть любимые стихи про Авраама и Исаака — пожалуйста, делитесь ими с нами в комментариях.

Кисо и олигарх

Парижский
Семен Парижский,
специально для «Oтото»




Семен Парижский продолжает раскрывать для «Отото» страшные сионистские тайны и рассказывать нам о том, чего никто не знает про евреев. Он уже разоблачил: 1. здоровье, 2. образование, 3. сны, 4. котов! котов разоблачил!, 5. протест. А теперь, наконец, дошла очередь до главного. Нет, не до секса и даже не до Духовности, а до денег. Готовы?

1) Первое, что евреи в своей истории купили за деньги — это место на кладбище: когда умерла праматерь Сарра, ее муж Авраам купил землю для ее погребения за четыреста сиклей серебра. Первое, что евреи продали за деньги? Нет, не Россия, а маленький мальчик: братья Иосифа отдали его купцам из Мадиама всего за 20 сиклей. Странно: такой, говорят, был хорошенький мальчик — и так дешево.

2) На римских монетах, которыми евреи платили налоги 2000 лет назад, было написано «Сын божий» (divi filius). Таким титулом пользовался сперва император Август, а потом — Тиберий, Нерон и Домициан. Некоторые ученые утверждают, что именно эти монеты создавали идейный/политический контекст, из-за которого римские власти так остро прореагировали, когда Иисус назвал себя «сыном Божьим».

Collapse )

Немедленно рассказывайте нам, какие еще тайны Семен Парижский должен разоблачить. Как насчет, скажем, войн? Или супружеских измен? Или мышей? Или еще чего? А? А?



Моисей и пять поэтов

Ототограф
Ототограф,
специально для «Oтото»


Друг нашего проекта, знаток поэзии и Библии Ототограф, продолжает создавать для нас подборки из пяти стихотворений разных авторов, посвященных одному библейскому персонажу или сюжету. Начать мы решили с Ионы  — и впоследствии с удовольствием добавили к нескольким стихотворениям Ототографа тексты, предложенные нашими комментаторами. А сегодня — очередь Моисея. Потому что про ту самую ночь знают все, а вот про написанные о ней стихи — нет, далеко не все. Встречайте: Моисей и пять поэтов.

* * *

Из псалмов
114-115


Когда Израиль из Египта исходил,
сыны Якова – из чужеречной державы,
нареклась Иудея святыней Его,
Израиль – землей богоданной.
Море узрело – и побежало,
попятились воды Иордана,
заскакали горы как овцы,
вершины – как бараны.

Что узрело ты, море, что бросилось прочь?
Пред чем Иордан преклонил колена?
Что заскакали вы, горы, как овцы,
вершины как бараны?
– Перед ликом Господним трепещет Вселенная,
перед Богом Якова содрогаются страны.
Он в воды обратил скалы могучие,
Камень незыблемый – в источники текучие.

Не нам, Господи, не нам,
милости и истине Твоей яви славу.
Что глумятся народы: где Бог ваш?
Господь наш в небе, и все в Его воле,
Он что замыслит – исполнит.
А божества народов – идолы литые
изделия рук человеческих, серебро и злато.
Глаза у них – но не зрят, уста – но не молвят,
Уши-то есть у них, да нет слуха,
ноздри их воскурений не обоняют,
руки даров не ощупают, не пойдут ноги.
Таковы же и создатели, каковы боги –
уподобятся тем, на кого уповают.

А ты на Господа надейся, Израиль!
– Он уповающим щит и помощь.
На Господа надейтесь, сыны Аарона!
– Он уповающим щит и помощь.
На Господа надейтесь, благоговеющие перед Ним!
– Он уповающим щит и помощь.

Господь не забудет, взыщет благом Господь:
дом Израиля благословит Господь,
дом Аарона благословит Господь,
всех страшащихся Его благословит Господь,
великих и малых.

Умножит Господь вас и сынов ваших,
благословит их Творец земли и неба.
Что небеса? Господу небеса,
а землю отдал Он сынам Адама,
ибо не мертвым Господа славить,
восхвалять Его – не в немоту уходящим.

– Благословим же Господа ныне и присно!
Славьте Господа!

Исход

Когда соберемся мы в стаи,
потянемся небом в Исход,
раздернется твердь и растает,
и бездна под ней расцветет.
Смешные в своих вереницах,
со скарбом родной нищеты,
потянемся клином, как птицы,
на зов немудрящей мечты.
И мир, как паром на безбрежье,
качнется за нами в тоске,
и руки заломит в надежде,
повиснув на волоске.

АРЬЕ РОТМАН

Collapse )

Иона и пять поэтов

Ототограф
Ототограф,
специально для «Oтото»




Друг нашего проекта, знаток поэзии и Библии Ототограф, согласился раз в две недели делать для нас подборку из пяти стихотворений разных авторов, посвященных одному библейскому персонажу или сюжету. Начать мы решили с Ионы, потому что, с одной стороны, про него все что-то слышали (что ли его кит покусал?), а с другой стороны — про него не так уж часто писали стихи. Встречайте: Иона и пять поэтов.


* * *

Девятый вал на десятый вал
бросает судно. Держать штурвал
устала рука. Гребцы давно
убрали весла. Море темно.

О, что за огромная рыба, Господи,
что за огромная рыба!

И сказал Иона: Это мой грех
тянет в пучину всех.
Лучше уж я один утону,
чем всех потяну ко дну.

И за руки, за ноги, раскачав,
моряки бросают его. Закричав,
он уходит на глубину.

О, что за огромная рыба, Господи,
что за огромная рыба!

Тянут грехи — неподъемный груз.
Хрустальные купола медуз
проплывают мимо, прочь унося
ледышки щупалец. Конь морской
загибает хвостик спиралью. Мирской
жизни осталось на локоток.
на спине у краба — хищный цветок.
Вот вам и сказка вся.

Но что за огромная рыба, Господи,
что за огромная рыба!

Объяли воды до самой души.
Плыви, Иона, и впредь не греши.
Вот тебе жабры — ими дыши,
вот плавники, Иона. Плыви,
рыбьим ухом слово Господне лови.
Серебрись чешуею, глазами вращай,
Господь прощает — и ты прощай.

Но что за огромная рыба, Господи,
что за огромная рыба!


Буря утихла. Прозрачна вода.
Глубоководные города
наполнены жизнью. Что за народ!
Присоски, щупальца, рыбий рот,
клешни, усики и шипы,
рифленые панцири. Видишь, вот, -
кто-то кричит из толпы, —
видишь, пророк Иона плывет
жабрами шевеля,
весь морскою травой оброс.

А корабль уцелел, и пьяный матрос
восклицает: «Земля! Земля!».

БОРИС ХЕРСОНСКИЙ. ИЗ ЦИКЛА «СПИРИЧУЭЛС»

Collapse )

Если у вас есть любимые стихи про Иону — немедленно кидайте в комментарии. И: про какие еще сюжеты попросить у Ототографа подборки?