Проект "Отото" (ototo) wrote,
Проект "Отото"
ototo

Category:

Талмуд и котики

Парижский
Семен Парижский,
специально для «Oтото»


Семен Парижский продолжает раскрывать для Отото страшные сионистские тайны и рассказывать нам о том, чего никто не знает про евреев. После еврейского здоровья и образования наступила очередь отношений евреев с кошками. Трепещите!

котэ

1) Уже самое первое упоминание кошки (в излюбленной древними евреями легенде о мудреце Ахикаре, строившем воздушные замки) связано с демонстративным оскорблением чувств верующих: «Я велел слугам взять кота, бога египтян, и бить его до тех пор, пока египтяне не услышат воплей его. Египтяне пошли и донесли царю: Этот Ахикар взял кота, который есть бог, и бил его. Царь внял им и спросил меня: О Ахикар, зачем ты учиняешь богам нашим бесчестие?» (Ответ Ахикара сводился к тому, что это была художественная акция). — Если мерзавец был еще и в красной маске с прорезями — расстрелять, конечно. Но страшнее не это. «Им» он внял, царь этот; а коту он, гад, не внял. Сволочь.

2) В Библии множество синонимов для обозначения льва, но подозрительным образом массированные археологические раскопки в Израиле не обнаружили до сих пор ни единой львиной косточки. В результате появилась злостная ревизионистская теория, утверждающая что все эти слова на самом деле обозначают разных диких кошек, так что Самсону не приходилось особо напрягаться, когда он рвал им пасть. — «Отото», увы, предполагает, что самих кошек это все-таки немножко напрягало.

3) В известной пасхальной песенке про козленка («Хад Гадья») наоборот упоминается котик, глотающий козла, — и ничего, никто уже много сотен лет не удивляется. — Рваной пастью, небось, и не такое можно заглотить... (вы чувствуете, да, что «Отото» на стороне котиков?)

4) В апокрифическом Послании Иеремии (1:21) наряду с летучими мышами упомянуты летучие кошки, устраивающие свои игрища на головах бессильных языческих идолов. — В защиту языческих идолов следует спросить пророка Иеремию: «Дядя, если бы у тебя на голове устраивали свои игрища летучие кошки, у тебя бы, извини, как было бы с продуктивностью-то?»

5) Талмуд не рекомендует людям есть кошачью еду во избежание расстройства памяти. Кошки по мнению мудрецов не так привязаны к хозяину, как собаки, потому что у них короткая память, а это как-то передается через еду. — О, в историях про закусывание водки «вискасом» многое становится понятнее! Так вот что наутро происходило с нашей памятью! Тем не менее, мы требуем объяснить, как в Талмуде понималась кошачая еда. А? А?

6) В то же время кошки для мудрецов могут выступать в качестве средства альтернативного образования. «Если бы Тора не была дана, мы бы учились скромности у кошек». — Особенно когда они скромно ссут под кресло. Очень, знаете, тихо. Чтобы, знаете, никого не потревожить, не привлечь, не дай бог, лишнего внимания...

7) Нацисты считали, что еврейство заразно и для кошек, так что в нацистской Германии кошки из еврейских семей также подверглись массовому уничтожению. — Вот и ответ на вечный вопрос мальчика Оси про «наша кошка — тоже еврей»; причем ответ давно знакомый в рамках определенного дискурса: «Если Геббельс считает тебя евреем — ...»

8) Еврейская религия запрещает тискать кошку по субботам. Про то как именно и почему, существует обширная литература, самое интересное в которой — углубленное исследование того, кто больше получает удовольствие от процесса — кошка (тогда вроде можно) или человек (тогда вроде нельзя). — Эх вы, авторы обширной литературы. Просто, когда кошку тискаешь, ее шерсть вырабатывает электричество. А электричество по субботам нельзя.

9) Пресловутые средневековые еврейские ростовщики тоже не сильно любили кошек, но вынуждены были их держать в больших количествах, чтобы гарантировать клиентам сохранность залогов (которым угрожали мыши). — На самом деле, конечно, эти гады держали котов в заложниках, а мыши им угрожали. «Если к завтрашнему утру вы не оплатите процентов по закладным, мы побреем вашего кота!..» И шерсть в конвертике пришлем. Нет! В постель подсыпем, вот что.

10) Самое массовое течение в российском иудаизме (Хабад) недолюбливает некошерных животных не только в смысле еды, но и в тайном мессианском смысле, на который намекал последний любавический ребе. Из этих намеков можно понять, что культивирование кошек привязывает человека к этому несовершенному миру и мешает сосредоточиться на мире грядущем, в котором будут только те животные, которых можно есть. — Самое массовое течение в кошачем иудаизме, тем временем, недолюбливает человеческих евреев не только в смыле еды, но и в тайном мессианском смысле. Потому что культивирование евреев привязывает кошек к этому несовершенному миру и мешает сосредоточиться на мире грядущем, в котором будут только те люди, которые могут тискать тебя по субботам.

Семену eshkolot Парижскому огромное спасибо. Может, хасидские коты возьмут его в качестве исключения в рай за эту публикацию.

Немедленно рассказывайте нам свои истории про еврейских котов, короче. Все равно мы тут так ржем, что рабочий день потерян .


Tags: Семен Парижский
Subscribe

  • Стоптанные шлёпанцы врага

    Аня Лихтикман, специально для «Oтото» Аня Лихтикман предлагает поговорить о вещах, которым можно научиться у тех, с кем ты…

  • Быть силуэтом

    Аня Лихтикман, специально для «Oтото» Очень многие считают, что в сетевом общении анонимность- не поощряется, а ходить в комменты…

  • Сермяжный кофе

    Аня Лихтикман, специально для «Oтото» Когда-то, довольно давно, я училась на«концептуалиста». И был у нас молодой…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments

  • Стоптанные шлёпанцы врага

    Аня Лихтикман, специально для «Oтото» Аня Лихтикман предлагает поговорить о вещах, которым можно научиться у тех, с кем ты…

  • Быть силуэтом

    Аня Лихтикман, специально для «Oтото» Очень многие считают, что в сетевом общении анонимность- не поощряется, а ходить в комменты…

  • Сермяжный кофе

    Аня Лихтикман, специально для «Oтото» Когда-то, довольно давно, я училась на«концептуалиста». И был у нас молодой…