?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry



У этих песен есть дата. Некоторые из них, возможно даже многие, были сочинены до изгнания, но если бы не оно, кто знает, услышали бы мы их или нет.

Началось все в 1492 году. Захватив последнюю арабскую крепость на Пиренеях, закончив Реконкисту, католические короли Фердинанд и Изабелла изгнали из страны всех евреев. Им было предложено либо немедленно креститься, либо отправляться на все четыре стороны с чадами, домочадцами и тем, что они могут унести в руках.



Как это обычно бывает с еврейскими катастрофами, изгнали не только евреев, а всех иноверцев, то есть еще и арабов. А многие пошли на поводу у властей и крестились, создав для Испании проблему на долгие годы: иудеи тайно исповедовали свою веру, испанская инквизиция охотилась за апостатами, а испанские благородные маминьки должны были исследовать генеалогические древа потенциальных женихов, чтобы ненароком не выдать случайно дочку за человека нечистой крови — то есть такого, среди предков которого есть евреи или мавры. А, понятно, с годами таких становилось все меньше и меньше, потому что евреи имеют свойство проникать... Сами евреи своих тогдашних выкрестов называли «анус'им», «изнасилованные».

Впрочем, главным образом их изгнали. По легенде султан турецкий подпрыгивал от радости на своем троне от эдакой глупости неверных, выкинувших из своей страны купцов, ремесленников, врачей и поэтов.

И они уехали в Голландию, и в Англию, в Османскую империю, включая Грецию, Боснию, Болгарию, Стамбул и Палестину, в центральную Европу. Маленькая сефардская община была внутри еврейской общины в Праге, гетто внутри гетто.

Но они сохранили свой язык, на котором говорили до начала двадцатого века. Ладино похож и на испанский, и на португальский, писали на нем еврейским письмом, латиницей, арабской вязью и кириллицей (те, что жили в Болгарии), разные письменности давали совершенно разные варианты написания и чтения, к началу двадцатого века это привело к тому, что образованные еврейские купцы восточной части Средиземноморья, говорящие на одном языке, вели деловую переписку по-французски, во избежание.

Но пели они при этом одни и те же песни — сефардские романсы. Язык в наши дни почти умер — считанные тысячи людей говорят на нем, как на родном, на нем не пишут романов и стихов, пара газет — это скорее этнографические арт-эксперименты. Но песни дожили до наших дней. Фольклористы начали собирать их в Стамбуле еще в конце 18 века. В 19 и в начале двадцатого их записывали в Салониках и в Сараево, где были большие общины. Лично ко мне эта музыка пришла из Праги, впрочем, те версии тоже можно проследить к турецким сборникам. Песен этих известны сотни, и они прекрасны.

Рассказывают они о любви: о том, как несчастной девушке удобнее обмануть отца, брата, мужа и сестер, чтобы впустить милого в дом безлунной ночкой. О терзаниях молодого повесы, чья милая замужем за отвратительным стариком, и о самой милой, которая с радостью бы сожгла мужа в печке на сотне поленьев. О женщине, которая ненавидит любовницу своего мужа: ни ес мас ермоза, ни ес мас валида, она не красивее и не сильнее меня, она просто привлекает его тем, что красит лицо и одевается вызывающе. О девице, которой исполнилось пятнадцать и она полюбила вора и бандита, он попросил у нее тридцать лир, она дала ему тридцать одну, чтобы он выучил честное ремесло. А он вместо этого... ну вы понимаете. Про невестку со свекровью, которые ненавидели друг друга, а потом договорились и вместе отравили мужей, потому что оба они козлы вонючие. Если и записывать эти песни, то русскими буквами, письменность тут неважна вовсе, да и на французский это легко переводится.

Есть некоторые сомнения в том, как это петь и как слушать. Музыковеды считают, что изначальные мелодии до нас почти не дошли, испытав очень сильное влияние мусульманского и балкано-славянского окружения: еврейские певцы пели на мусульманских свадьбах, еврейские купцы нанимали местных музыкантов для своих праздников, музыка очень сильно адаптировалась. Кроме того, европейские сефарды оказались на территории третьего рейха в очень неудачное время, мягко говоря. Сараевского гетто нет больше, и что на самом деле пели тамошние Гусманы и Кардозы, мы знаем не очень хорошо.

Но музыка не пропадает навсегда. Савина Юннату поет сефардские романсы с характерным сиртаки-акцентом. Ясмин Леви поет эдакий израильский этно-поп на Ладино. Яна Левитова, чешское меццо-сопрано, попыталась эту музыку немного выхолостить и подать, как усредненный романс эпохи Возрождения, немного похожий на музыку Хуана де Энсины, испанского композитора 15 века из еврейских выкрестов, которые по одну сторону креста назывались анусим, изнасилованные, а по другую — конверсо, обращенные. Дженнифер Чарльз из Нью-Йорка, солистка группы Elysian Fields. в своем проекте «La mar enfortuna» поет мрачный ладино-трип-хоп, а лондонский русский проект Oi-Va-Voi — поп-рок-гопак. Есть еще фаду-вариант, для сильных духом. Количество же коллективов, честно выдающих еврейско-турецкую этнографию не поддается исчислению, ютюб ими полон. Тем не менее, общих черт полно, обрывки общих мелодий угадываются. Мало того: однажды жена мексиканского посла сказала мне лично, что песня "Галаника", про то, как проникнуть в дом любимой мимо изучающего талмуд ее отца и пишущего в гроссбух брата, является в Мексике народной.

А нам надо только помнить главное:
Эн ля мар ай уна торре
Эн ля торре ай уна вентана
Эн ля вентана ай уна нинья
ке а лос маринерос йама.

В море стоит башня, в башне окно, в окне дева, которая зовет моряков. Пойдешь на зов — и провалишься в горькое молочно-медовое море фантастически красивой музыки.



А вам приходилось тайком проникать в дом красавицы, - мимо ее отца, братьев или кого похуже?

Comments

agnostus
Nov. 15th, 2012 04:18 pm (UTC)
Мимо братьев и отцов не припомню, а вот мимо мужей - грешен, бывало. Однако самым сильным опытом было проникновение в комнату будущей, на данный момент текущей, жены мимо вахтера филфаковской общаги.
С другом, прибывшим, вы таки будете смеяться, из Израиля, мы проводили белую ночь в обществе французских студенток. Понеже среди них была только одна красавица, да и та (снова можно смеяться) - марокканская еврейка, мы не грустили, когда девы решили нас бросить, а предались пьянству и безобразиям на Петроградской стороне.
Под утро, когда деньги кончились и силы тоже, подумалось, что надо где-нибудь часик поспать, и я предложил просить гостеприимства у моей подруги. Однако общажный цербер пускал в неурочный час только за деньги, а их мы как раз тово-с.
В итоге решили, что будучи отставными спортсменами полезем со двора в окно лестничной клетки второго этажа, где была открыта форточка. До форточки я долез, но она не выдержала моего веса, и я (о удача пьяниц) сверзился с ней аккурат в мусорный бак. Товарищ мой утверждал, что я летел с форточкой в руках, как священик на крестном ходе (если что, нет, не разжигаю).
В общагу как-то пробрались. И это был не единственный эпизод. Было дело пилил со товарищ решетку чердачной двери в соседнем подъезде, чтоб влезть крышей, и спилил, и влез.

Edited at 2012-11-15 04:19 pm (UTC)
gmj
Nov. 23rd, 2012 12:46 pm (UTC)
Сказка! Не имеет отношения к теме - но не могу удержаться. В общагу - Корабелки в Питере - по водосточной трубе, на уровне 3-го этажа труба начинает отваливаться - на автомате начинается отсчет - 11, 12, - как при прыжке с парашютом.